Форум
Южном федеральном округе она составляет 26%, а в России в целом — 17%. Следует признать, что для диверсификации и модернизации экономики в дотационном Дагестане условий пока по-прежнему нет;
2. Региональный монополизм. Большинство из организаций и предприятий республики являются естественными монополистами: НК «Роснефть-Дагнефть» (вся нефть и газ республики), «Дагэнерго» (вся электроэнергия), «Дагсвязьинформ» (как вы уже догадываетесь, вся телефонная связь) и так далее. Не будем утомлять нашего читателя. Понятно, что в таких условиях излишне говорить о какой-либо серьезной конкуренции;
3. Упадок сельского хозяйства. И это при том, что в Дагестане городское население по-прежнему составляет меньшинство — 45,3%. Так вот, от славившегося в советское время сельхозпроизводства в республике остались только мелкие фермеры и приусадебные хозяйства. В результате сегодня в этом благодатном крае продовольствие в структуре импорта составляет почти 78% (!). В Дагестане вам с горечью покажут сливочное масло из Белгорода, овощные консервы с Кубани, картошку из далекой Голландии. Напомним, основные проблемы местного сельского хозяйства, точно подмеченные экспертом Юрием Сошиным: фактическое отсутствие переработки сельхозпродукции и затрудненный вывоз в другие регионы. Добавим еще — допотопный уровень механизации и неурегулированность земельных отношений. Здесь уместно будет вспомнить и виноделие Дагестана, которое из некогда доходной отрасли, да чего там, определяющей (38% виноградников и 45% сбора винограда всей РСФСР), фактически оказалось на грани разорения. Только в последние годы в республике возродился интерес к виноградарству;
4. Туризм. Сегодня удельный вес туризма в сфере услуг Дагестана составляет чуть больше 11%. А ведь в не столь далекие советские времена здесь отдыхало до 350 тысяч человек в год. Для сравнения, в прошлом году приезжих было только 100 тысяч. Понятно, что при чуть ли не еженедельных новостях из Дагестана о взрывах, перестрелках, убийствах и терактах, отдыхом или оздоровлением здесь может заинтересоваться только экстремал. Прошлым летом для многих отдых закончился после взрыва мины на городском пляже. Среди других проблем туристической отрасли республики, конечно, устаревшая инфраструктура, нехватка аэропортов, стоянок для автомобилей, ресторанов и кафе, квалифицированных кадров и много другого, позволяющего сделать отдых по-настоящему комфортным. Кроме того, купальный сезон здесь короткий, что не позволяет дагестанцам мечтать о востребованности тех же турецких курортов;
5. Зависимость от федерального бюджета. Эта зависимость настолько тотальная, что без многомиллиардных дотаций из федерального бюджета Дагестан не смог бы сам решить ни одну социально-экономическую проблему. Но это еще полбеды. Деньги, которыми буквально засыпают республику:
— быстро проедаются;
— оседают в бездонных карманах местных чиновников и криминалитета. Поэтому для многих в республике пределом мечтаний является даже самая мелкая чиновничья должность, позволяющая наживаться на федеральных деньгах; — элементарно разбазариваются. В качестве характерного примера можно вспомнить о пресловутом огромном спорткомплексе, сооруженном на пустыре неподалеку от Махачкалы. Так вот, большую часть времени он пустует. Махачкалинцам туда ездить как-то не с руки, а для небольшого Каспийска он явно великоват. В общем, более миллиарда рублей фактически были пущены, что называется, на ветер. Теперь думают, что с ним делать;
— способствуют разрастанию госаппарата, созданию ненужных ведомств, кто-то же должен «пилить» дотации, а чтобы хоть как-то оправдать «свой хлебушек», усиленно вмешиваются в бизнес. Доктор философских наук Эдуард Попов приводит интересные статистические выкладки, согласно которым в Ростовской области на тысячу человек приходится 0,7 чиновников, а в Дагестане, валовой продукт которого более чем в 3 раза меньше ростовского, число чиновников составляет 1,9.
Ряд экспертов полагает, что подобная федеральная щедрость просто обменивается на лояльность глав дагестанских кланов и служит сдерживанию сепаратистских настроений. Но широкомасштабное закачивание средств в экономику Дагестана как раз может усилить их. Так было в СССР, в условиях которого подготовили базу для самостоятельного плавания союзных республик. Пессимисты утверждают, что этот сценарий способен повториться в ближайшие 10 лет, но теперь уже в рамках РФ;
6. Социальное расслоение. Известно, что Дагестан отличается одними из самых низких показателей средней зарплаты — 8–10 тысяч рублей (для сравнения, по стране она равняется более 24 тысячам рублей). Зато здесь высокий уровень безработицы — 11,3%, что превышает общероссийские показатели почти в 2 раза (впрочем, в Калмыкии безработица — 12,5%, а в Туве и того больше 16,5%). В горах же безработными является большая часть населения. Работа, конечно, есть и там, но кто же сегодня захочет пасти овец и возиться в винограднике. Многие из молодых да образованных просто уезжают из Дагестана, что порой становится сродни эпидемии. Официально считается, что за его пределами постоянно проживает более 700 тысяч дагестанцев. Среднего класса практически нет.
А вот богатых с огромными состояниями, роскошными автомобилями последних марок Porshe, Infiniti, BMW и роскошными особняками в республике немного — 5% — 10%, но оттого они еще более заметны;
7. Политическая напряженность. С некоторых пор Дагестан иначе как «пороховая бочка России» и не именуют, надо признать, что для этого существует масса поводов:
— непрекращающаяся «охота» религиозно-экстремистского подполья на военнослужащих, полицейских и министров;
— восприятие многими дагестанцами необъявленной уличной войны, как «разборок узкого круга людей», а именно — боевиков и силовиков. Хотя очевидно, что все намного сложнее;
— непростые межнациональные отношения в самой многонациональной российской республике, в частности, тлеющий конфликт между двумя наиболее влиятельными этносами — аварцами и даргинцами;
— торжество коррупции и клановости, когда те или иные должности чуть ли не передаются по наследству — от отца к сыну, от брата к брату или на худой случай — к племяннику или земляку;
— нарастание исламизации общества. Руководитель группы мониторинга молодежной среды Дагестана Руслан Гереев убежден, что всплеск экстремизма еще впереди;
— взяточничество, которое стало нормой жизни. Без денег и связей сегодня в республике практически невозможно решить ни один вопрос. И это касается буквально всего — родов, учебы, работы, лечения и пр. Здесь шутят, что только в Дагестане можно совершенно случайно закончить университет;
— сложная криминогенная ситуация. Из самых «безобидных» примеров — группировка фальшивомонетчиков, которую накрыли в пригороде Махачкалы или незаконная врезка в нефтепровод. Дагестан не случайно называют «краем спортсменов и инвалидов». Шутка шуткой, но какая-то она все-таки горькая;
— обиды на федеральный центр, pа дополнительный досмотр дагестанцев в аэропортах Москвы, метро, на улицах, предвзятое отношение столичной полиции и чиновников, что заставляет их ощущать себя вторым сортом в своей собственной стране и т.п.
В общем, не случайно в Дагестане ходят упорные слухи, что после выборов и проведения Олимпиады-2014 «что-то будет». Ясное дело, что инвестор сто раз подумает, прежде чем вложить свои деньги в дагестанскую экономику. Но можно ли назвать ее неэффективной, а главное — бесперспективной?
2. Региональный монополизм. Большинство из организаций и предприятий республики являются естественными монополистами: НК «Роснефть-Дагнефть» (вся нефть и газ республики), «Дагэнерго» (вся электроэнергия), «Дагсвязьинформ» (как вы уже догадываетесь, вся телефонная связь) и так далее. Не будем утомлять нашего читателя. Понятно, что в таких условиях излишне говорить о какой-либо серьезной конкуренции;
3. Упадок сельского хозяйства. И это при том, что в Дагестане городское население по-прежнему составляет меньшинство — 45,3%. Так вот, от славившегося в советское время сельхозпроизводства в республике остались только мелкие фермеры и приусадебные хозяйства. В результате сегодня в этом благодатном крае продовольствие в структуре импорта составляет почти 78% (!). В Дагестане вам с горечью покажут сливочное масло из Белгорода, овощные консервы с Кубани, картошку из далекой Голландии. Напомним, основные проблемы местного сельского хозяйства, точно подмеченные экспертом Юрием Сошиным: фактическое отсутствие переработки сельхозпродукции и затрудненный вывоз в другие регионы. Добавим еще — допотопный уровень механизации и неурегулированность земельных отношений. Здесь уместно будет вспомнить и виноделие Дагестана, которое из некогда доходной отрасли, да чего там, определяющей (38% виноградников и 45% сбора винограда всей РСФСР), фактически оказалось на грани разорения. Только в последние годы в республике возродился интерес к виноградарству;
4. Туризм. Сегодня удельный вес туризма в сфере услуг Дагестана составляет чуть больше 11%. А ведь в не столь далекие советские времена здесь отдыхало до 350 тысяч человек в год. Для сравнения, в прошлом году приезжих было только 100 тысяч. Понятно, что при чуть ли не еженедельных новостях из Дагестана о взрывах, перестрелках, убийствах и терактах, отдыхом или оздоровлением здесь может заинтересоваться только экстремал. Прошлым летом для многих отдых закончился после взрыва мины на городском пляже. Среди других проблем туристической отрасли республики, конечно, устаревшая инфраструктура, нехватка аэропортов, стоянок для автомобилей, ресторанов и кафе, квалифицированных кадров и много другого, позволяющего сделать отдых по-настоящему комфортным. Кроме того, купальный сезон здесь короткий, что не позволяет дагестанцам мечтать о востребованности тех же турецких курортов;
5. Зависимость от федерального бюджета. Эта зависимость настолько тотальная, что без многомиллиардных дотаций из федерального бюджета Дагестан не смог бы сам решить ни одну социально-экономическую проблему. Но это еще полбеды. Деньги, которыми буквально засыпают республику:
— быстро проедаются;
— оседают в бездонных карманах местных чиновников и криминалитета. Поэтому для многих в республике пределом мечтаний является даже самая мелкая чиновничья должность, позволяющая наживаться на федеральных деньгах; — элементарно разбазариваются. В качестве характерного примера можно вспомнить о пресловутом огромном спорткомплексе, сооруженном на пустыре неподалеку от Махачкалы. Так вот, большую часть времени он пустует. Махачкалинцам туда ездить как-то не с руки, а для небольшого Каспийска он явно великоват. В общем, более миллиарда рублей фактически были пущены, что называется, на ветер. Теперь думают, что с ним делать;
— способствуют разрастанию госаппарата, созданию ненужных ведомств, кто-то же должен «пилить» дотации, а чтобы хоть как-то оправдать «свой хлебушек», усиленно вмешиваются в бизнес. Доктор философских наук Эдуард Попов приводит интересные статистические выкладки, согласно которым в Ростовской области на тысячу человек приходится 0,7 чиновников, а в Дагестане, валовой продукт которого более чем в 3 раза меньше ростовского, число чиновников составляет 1,9.
Ряд экспертов полагает, что подобная федеральная щедрость просто обменивается на лояльность глав дагестанских кланов и служит сдерживанию сепаратистских настроений. Но широкомасштабное закачивание средств в экономику Дагестана как раз может усилить их. Так было в СССР, в условиях которого подготовили базу для самостоятельного плавания союзных республик. Пессимисты утверждают, что этот сценарий способен повториться в ближайшие 10 лет, но теперь уже в рамках РФ;
6. Социальное расслоение. Известно, что Дагестан отличается одними из самых низких показателей средней зарплаты — 8–10 тысяч рублей (для сравнения, по стране она равняется более 24 тысячам рублей). Зато здесь высокий уровень безработицы — 11,3%, что превышает общероссийские показатели почти в 2 раза (впрочем, в Калмыкии безработица — 12,5%, а в Туве и того больше 16,5%). В горах же безработными является большая часть населения. Работа, конечно, есть и там, но кто же сегодня захочет пасти овец и возиться в винограднике. Многие из молодых да образованных просто уезжают из Дагестана, что порой становится сродни эпидемии. Официально считается, что за его пределами постоянно проживает более 700 тысяч дагестанцев. Среднего класса практически нет.
А вот богатых с огромными состояниями, роскошными автомобилями последних марок Porshe, Infiniti, BMW и роскошными особняками в республике немного — 5% — 10%, но оттого они еще более заметны;
7. Политическая напряженность. С некоторых пор Дагестан иначе как «пороховая бочка России» и не именуют, надо признать, что для этого существует масса поводов:
— непрекращающаяся «охота» религиозно-экстремистского подполья на военнослужащих, полицейских и министров;
— восприятие многими дагестанцами необъявленной уличной войны, как «разборок узкого круга людей», а именно — боевиков и силовиков. Хотя очевидно, что все намного сложнее;
— непростые межнациональные отношения в самой многонациональной российской республике, в частности, тлеющий конфликт между двумя наиболее влиятельными этносами — аварцами и даргинцами;
— торжество коррупции и клановости, когда те или иные должности чуть ли не передаются по наследству — от отца к сыну, от брата к брату или на худой случай — к племяннику или земляку;
— нарастание исламизации общества. Руководитель группы мониторинга молодежной среды Дагестана Руслан Гереев убежден, что всплеск экстремизма еще впереди;
— взяточничество, которое стало нормой жизни. Без денег и связей сегодня в республике практически невозможно решить ни один вопрос. И это касается буквально всего — родов, учебы, работы, лечения и пр. Здесь шутят, что только в Дагестане можно совершенно случайно закончить университет;
— сложная криминогенная ситуация. Из самых «безобидных» примеров — группировка фальшивомонетчиков, которую накрыли в пригороде Махачкалы или незаконная врезка в нефтепровод. Дагестан не случайно называют «краем спортсменов и инвалидов». Шутка шуткой, но какая-то она все-таки горькая;
— обиды на федеральный центр, pа дополнительный досмотр дагестанцев в аэропортах Москвы, метро, на улицах, предвзятое отношение столичной полиции и чиновников, что заставляет их ощущать себя вторым сортом в своей собственной стране и т.п.
В общем, не случайно в Дагестане ходят упорные слухи, что после выборов и проведения Олимпиады-2014 «что-то будет». Ясное дело, что инвестор сто раз подумает, прежде чем вложить свои деньги в дагестанскую экономику. Но можно ли назвать ее неэффективной, а главное — бесперспективной?
